Арктический дубец ©

Страноведческий фарс

Страноведческий детективный фарс, навеянный произведениями Арнальдура Индридасона, в частности Arctic Chill

Глава I

Инспектор Хрюнмундюр Дьёбласон экспертно выруливал свою постанывающую «Ниву», известную в Исландии как «Лада Спорт», в густых хлопьях вулканического пепла. В руках его одновременно находился тяжелый руль «русского хаммера», зажженная сигарета, хот-дог в бумажном пакетике от «CC-пильсюр» –  главного производителя бараньих сосисок на острове, джамбо-сайзовый стаканчик Кока-Колы объемом в 1 литр и запеченная баранья голова с бесстыдными глазами и игриво припущенным язычком – изысканное лакомство исландских фермеров, которое на острове называют «свид». Жир со свида капал на когда-то бежевый, а ныне феерически уделанный плащ Хрюнмундура типа «тренч-коут», а майонез и горчица шагаловскими мазками утюжили двухворсную шерсть уныло-коричневого свитера грубой вязки, именуемого в Исландии «лопапéйсой».

Инспектор удовлетворенно отрыгнул на ухабе грунтовой дороги и собирался затянуться «Винстоном» полной крепости, когда в кармане его тренча запиликала Моторолла. «Андскóтанс!», страшно выругался Хрюнмундур, одновременно пытаясь передернуть правой рукой неподатливую ручку передач своего русснеского джипа и переложить зажженную сигарету, зажатую между указательным и средним пальцем правой руки, поближе к безымянному. Сигарета приземлилась на водительском коврике среди промасленной ветоши, подкисших окурков, оберток от гамбургеров и винтажных номеров газеты «Фрехтабалдид» докризисной поры, вещавших о  выгодных вложениях исландских венчурных капиталистов на континенте. Нагнувшись под руль, чтобы извлечь сигарету, Хрюнмундюр увидел вспыхнувшее от нее зарево, которое он локализовал между колонией биовещества, проросшего на коврике вокруг раздавленной пластмассовой баночки из-под «скирра» (исландского йогурта), и полу-разложившейся банановой коркой. Когда Хрюнмундур потушил пламя долькой прошлогодней пиццы и вынурныл из под руля, он был вынужден прибегнуть к аварийному торможению, чтобы избежать столкновения с монументально грязной овцой в свалявихся дредах густой шерсти, скрепленных какашками, которая преграждала путь его «Ниве».

«Андскóтанс!» –  на пол-октавы выше выругался Хрюнмундур, ища в бездумных глазах повелительницы исландского высокогорья хоть отблеск понимания той опасности, которую несло для нее столкновение с «Нивой» –  впрочем, как и для владельца «Нивы», которому в случае выживания после лобовой коллизии с могучей тушкой предстояло бы не только починить машину за свой счет, но и возместить владельцу тушки ущерб от ее утраты. Глаза овцы не выдавали ни паники, ни страха, ни упрека, лишь горели тем самозабвенным выражением безбрежного патриотизма, с которым исландцы поют „Ísland er landið sem aldrei skal gleyma“, а русские – про Стеньку Разина в Омулевой Бочке… «Нива» скрипливо остановилась. Зверь и Человек с минуту поиграли в гляделки, потом Человек сдался и опустил глаза. Он был на чужой территории и признавал это.

Снова зазвонил мобильник. На дисплее высветилось имя звонительницы – старшего следователя Сьёп Херманнсдоттир из Следственного отдела Управления полиции города Рейкьявика – начальницы и неотступной головной боли Хрюнмундюра. «Вот тебе и прощай отдых на высокогорье с видом на вулкан!» –  обрисовал себе обстановочку Хрюнмундур. Как и многие другие исландцы, он пытался прорваться по западной дороге на Торсмёрк из Квольсвётлюр поближе к извержению вулкана Эйафйатлаёкутль, повергшего в очередной запорный ступор впечатлительную старушку Европу. Хрюнмундур обожал вулканы, вдох сероводорода энерджайзил его мозг, как глоток нашатыря, возвращая ясность и работоспособность, но извержения, как правило, приходилось пропускать. Когда в 1996 году вулкан Гримсвётн прорвал километровую толщу ледника и смыл мосты по самой главной дороге на острове, Хрюнмундур расследовал серию таинственных поджогов мусорных бачков в детских садиках столичного региона. С помощью специалистов корпорации генетических исследований DeCode Genetics ему удалось выявить всех потомков легендарного викинга, пьяницы и поэта Эгиля Скатлагримсона, запойные дебоши которого уже более тысячи лет окрыляли исландцев. Наложив карту распределения эгилевых потомков на карту поджогов при помощи супер-компьютера третьего поколения, стоящего на службе вычислительного центра муниципальной полиции, Хрюнмундюр щелкнул пальцами: «Бинго! Поджигатель – это Хуйкюр Эгильсон, тринадцатая родня на лопуховом киселе того самого Эгиля: отрок пятилетнего возраста, в котором представители данной династии обычно впервые проявляли свои шизо-мочительные наклонности». Впрочем, ордера на арест юного поджигателя так никто и не выдал, и в 2008 году он стал самым молодым из венчурных капиталистов, обваливших исландскую экономику.

Не удалось Хрюнмундюру побывать и на извержении вулкана Гекла в феврале 2000 года, длившемся одиннадцать дней. В этот раз, при подключке интерпола и российских спецслужб, он вел расследование организованной польско-литовской преступной группировки, подозреваемой в предоставлении секс-услуг в исландской столице. Одиннадцать дней Хрюнмундюр без устали посещал злачные питейные заведения в районе автобусной станции «Хлеммур», обращаясь ко всем субъектам восточно-европейской наружности, которую он (под влиянием голливудских кинолент) определил для себя как сочетание кожаного пиджака и лысого черепа, с предложением организовать ему незабываемую ночку с польской проституткой, но опрашиваемые, как правило, оказывались отечественными исландскими лузерами, этой самой голливудской эстетикой в выборе имиджа и движимые. На двенадцатый день человек со стрижкой «аэродром», оказавшийся настоящим польским сутенером, после четырех часов брзнздыздения по мобильнику на языке, состоявшем из одних согласных, объявил Хрюнмундуру, что вообще проституция в Исландии имеется, но в данный момент уехала на выходные в родной Гданьск. Сьёп, инициировавшая это идиотское расследование для своих подруг-феминисток в Парламенте, утерла курносый нос и отозвала группу захвата, но извержение уже завершилось.

Не порадовали Хрюнмундюра и зарубежные вулканы. Сицилийская Этна оказалась скорее мечтой виноградяря, чем вулканом, а Везувий туристической заманухой. Седовласый итальянский гид, продававший себя у входа в Помпеи с навязчивостью той самой проституции, которую женская полиция нравов искала в Рейкьявике, все время уходил от вопросов Хрюнмундура о составе газов, отравивших ее жителей, которые, как известно, из патологической жадности отказались покинуть свой обреченный город. Вместо ответа он пускался в очередную восторженную тираду о красоте каменных пенисов на асфальте, указывающих дорогу к международному борделю с фресочным меню секс-услуг, при этом то ли звучные нагромождения итальянских превосходных степеней в якобы английском языке этого джентльмена, то ли неизменное его внимание к пенисной тематике ставило Хрюнмундюра в крайне неловкое положение.

Из всех итальянцев Хрюнмундуюру больше всего понравилась девушка-администратор в гостинице в городке Позитано по имени Элеонора Ножкина, на проверку оказавшаяся выходцем из России. Русские вообще были как-то симпатичны инспектору. В прошлом году на международном совещании полицейских служб в Рейкьявике грузный русский генерал с непроизносимой фамилией Хрюнько поведал Хрюнмундуру через переводчика, что любой сотрудник, скажем, транспортной полиции в Москве может приобрести «Порш Каен» или «Гелендваген» всего за три месяца работы благодаря уникальным условиям, создаваемым для него государством. Он объяснил инспектору, что российский автовладелец обязан возить с собою воз и маленький автоприцеп различных документов, подтверждающих его причастность к ведомому им автомобилю, отсутствие которых карается фантастическими штрафами в пользу сотрудника тамошней полиции. Не менее интересной показалось Хрюнмундуру и схема организации массовых пробок с целью наказания всех их участников за попытки в них не стоять, астрономические штрафы за пересечение несуществующих полос дорожной разметки, веселая езда по встречной полосе с мигалками, стимулирующая рост смертей, аварий, наказуемых нарушений и, соответственно, доходов полицейских. Истинно русский размах в организации тотального хаоса так поразил воображение Хрюнмундюра, что он даже подал начальству рапорт с просьбой направить его на изучение опыта в далекую Московию, но тут грянул исландский кризис и денег в полицейской казне не осталось даже на билет в один конец…

Телефон запиликал в третий раз. «Hrunmundur, where the fuck are you?» –  протрещал в трубке тревожный голос Сьёп, по непонятной причине вещающей на английском. «The Blue Lagoon Monster strikes again… Do you copy? The Blue Lagoon Monster strikes again»…

Продолжение следует

3 Comments

  1. Let’s hope stasmir’s detective story won’t be confined to Iceland (the centre of the world, admittedly), Russia and Italy. An American connection seems essential, and not only because the Icelanders were the first to discover the continent that later became the symbol of 21st-century globalism, but also because it would add a new dimension

    Reply
  2. С нетерпением ждем скорейшего приезда инспектора Хрюнмундюра на благословенную российскую землю! Только бы рапорт подписали! Уж мы его встретим! И билет обратный не нужен! Женим на гарной дивчине, и будет он сытый и счастливый коллесить на любимой «Ниве» по настоящему бездорожью, и расследовать куда более крутые дела, чем поджог мусорных бачков. Ждем. инспектор, а вулканы мы Вам найдем и Сьеп Херманнсдоттир Вас тут не достанет.

    Reply
  3. Рекомендации в отношении возможных вариантов развития сюжета: Наладив сбыт кокаина, маскируемого под вулканическую пыль, священники-педофилы на самом деле оказались некрозоофилами…бараны же — ответили за всё…

    Reply

Leave a Comment.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.