Адвент по-исландски

Первый из Йоласвейнаров

Хреново всё как-то. Так хреново, что букву «ё» тянет прописывать. Только отчаяние – грех, а по западному календарю мы выходим на финишную предрождественскую прямую. «Адвент» – это четыре, а не две недели перед Рождеством, но у исландцев ночью на 12 декабря – ровно за две недели до 25-ого – с лютых гор в места прозябания человека (особенно этой зимой, когда завалило беспрецедентным снегом) спускается первый из «Йоласвейнаров» – исландских «Дедов Морозов». Официального русского перевода этих «Йоуласвейнаров» (означает «рождественские парни»), насколько мне известно, нет. Потому из имеющегося у нас скудного арсенала лучше выбирать «Дедов Морозов», чем «Сант»: у этих исландских ребят, как у нашего Деда Мороза, ноги растут из языческих непотребностей, а не из жития Святого Николая Барийского.

Исландских «Дедов Морозов» насчитывается тринадцать и все они были зачаты в относительно счастливом третьем браке горной трольчихи Грилы, питающейся непослушными детьми, с лежебокой Леппалуди. Трудно сказать, чем примечателен Леппалуди и чем Гриле не угодили eё первые два мужа. Но можно отважно делать социологические обобщения об исторически высоком проценте разводов и примате матриархата на острове.

Я, будучи смиренным (и вечным) студентом непостижимо сложного исландского языка, поставил себе более простую задачу: разобраться, что означает имя каждого из тринадцати исландских «Дедов Морозов». В ночь на 12 декабря нам является первый из них – «Stekkjastaur» (Стеккйастёйр), что я бы неряшливо перевёл как «палконогий». «Стеккйастёйр» украдкой спускается с гор, чтобы проникнуть в хлев с баранами, где прямо-с-сиськи тянет парное овечье молоко.

Если верить Йоуханнесу с фермы Катлар (Jóhannes úr Kötlum), книга детских стихов которого «Рождество идет» в 1932 году положила начало возвращению угасающих фольклорных персонажей в быт современных исландцев, «это у бедняги получается неважно, ибо он палконогий [то есть страдает артритом коленного сустава]». Видит сиську, да приложиться не может по причине несгибаемых коленок. Это – как оказаться ночью в баре с сотней пивных кранов, но завязанными за спиной руками: оттянешь зубами ручку крана, пиво течет, да мимо усов. Подставишь уста к крану – пивоистечение обрубается!

Ничего подобного со мною, слава богу, не случалось. Но нога сегодня весь день болит: только в голени, а не в колене. Моя палконогость – привет из милой сердцу Исландии? Надеюсь, нет, потому что имеется другое объяснение имени Стеккйастёйра. «Staur» или «стёйр» – просто шест, палка, под которого бедолага Стеккйастёйр вынужден косить, чтобы избежать разоблачения, когда в овечий загон или «stekkur» неожиданно заглядывает Молочница Хильда. Короче, он только притворяется шестом, подпирающим невысокий потолок, а ноги у него сгибаются нормально!

Исландские «Деды Морозы» – не святые угодники, но и не злодеи-противофазники, а шалопаи-проказники. А потому удачи Стеккйастёйру с овечьим молоком и Молочницей Хильдой! Всем праздничного настроения, а мне счастливого голеностопа!

Продолжение здесь.

Leave a Comment.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.