Утро в Исландии я начинаю с синего пакета молока «Nýmjölk», на котором излагается какая-нибудь мудрость об употреблении древнего, как руны, исландского языка.
Исландских «Дедов Морозов» тринадцать. Они зачаты в относительно счастливом третьем браке трольчихи Грилы, питающейся непослушными детьми, и лежебоки Леппалуди.
Финны хорошо понимают базовые человеческие потребности, в то время как наши страны накопили века урбанистического невротизма, который называют «утонченностью».
«Можешь себе представить, каково жить здесь в полном одиночестве на краю света и целыми днями творить искусство ни для кого, только для себя?» – спросила Фрида.
Оттоптавшись на людях, птицы начинают скучать по ним, воздвигать им памятники. Какими будут памятники истребленному homo sapiens, сделанные с птичьими мозгами?
«А когда придет бразильский крейсер, Лейтенант расскажет Вам про гейзер». «Плеща, как гейзер, солнце пело». И. Северянин. А северянин на Новый Год в Исландии!
